Добавить в избранное

27.10.08

30 октября 2008 г. в Москве состоится экспертный Круглый стол "Проблемы координации деятельности организаций российских соотечественников на Украине". Организатор мероприятия – Институт Русского зарубежья...

 

26.02.08 "

28 февраля участники Круглого стола в ЦДЖ обсудят вопрос о влиянии событий конца ХХ – начала ХХI века на русскую идентичность в России, СНГ и странах Балтии...

 
 

На прошлой неделе Госдума поддержала законопроект о приостановлении действия Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). Этому предшествовал период моратория, то есть, отказа от договора без законодательного оформления. Решение Госдумы означает, что размещение вооруженных сил на территории страны будет теперь происходить без оглядки на Запад.

Неоднократное за последние полгода упоминание ДОВСЕ вызвано тем, что это - первое военно-ограничительное соглашение с НАТО, действие которого Москва приостановила. Затронутой оказалась судьба не только этого договора, но целой "папки" соглашений, в которой ДОВСЕ служил "обложкой". В этом смысле обоим договорам - о противоракетной обороне (1972 г.) и об обычных вооруженных силах в Европе (1990 г.) принадлежит принципиальная рамочная роль.

Последний договор был заключен скорее не "на вырост", а для подытоживания прежнего этапа гонки вооружений - при переходе к постепенному разоружению. В этом смысле он имел характер нашей декларации о превращении наступательного потенциала в оборонительный. Число единиц фланговых вооружений - танков, артиллерийских орудий калибра 100 мм и больше, самолетов и вертолетов - было сокращено на 12 тысяч. Кроме того, вне зоны действия соглашения нами было дополнительно уничтожено около 20 тысяч единиц аналогичной техники.

В стратегическом плане это означало не только отказ от второго "эшелона", но и готовность к повторному рассмотрению всей разоруженческой "папки" в новых более благоприятных условиях. На короткий период 90-х годов количество военной техники обеих сторон действительно стало паритетным. Но с расширением НАТО на Восток свою договорную квоту альянс увеличил в три раза по сравнению с нашей: по танкам (здесь и далее - округленно) - на 6 тысяч единиц, по бронемашинам - на 10 тысяч, по артиллерии - на 5 тысяч, по боевым самолетам - на 1.5 тысячи, по вертолетам - на 500 единиц.

Договор, в основе которого лежал сокращенческий принцип, устарел из-за смены не только военно-политических реалий, но и внутренней парадигмы: сдерживая нас прежними обязательствами, он открыл зеленый свет другой стороне. Но главное, пожалуй, сводится к противоположности намерений: наш прежний и нынешний интерес состоит в избавлении от гонки вооружений. Запад заинтересован в ней, рассчитывая на преимущественное истощение слабого перед сильнейшим по факту.

Так, балтийская - самая уязвимая для нас составляющая ДОВСЕ - выведена из переговоров - формально из-за нашего военного присутствия в Грузии. Теперь оно фактически завершилось, хотя на Западе этого предпочитают не замечать. Суть вопроса запутывается нашим миротворческим присутствием в Абхазии, Южной Осетии и Приднестровье. Но на миротворцев как мы считаем, договор не распространяется: мы же не учитываем натовское вооружение на Балканах! На это нам говорят: натовцам миротворческий мандат выдан Совбезом ООН, а России (на пребывание в Южной Осетии и Приднестровье) - ОБСЕ, то есть, инстанцией пониже. Абхазия - с таким же, как и альянс, ооновским мандатом - тоже выводится за скобки из-за присутствия здесь не многонационального контингента, а исключительно российского.

В этих условиях с 1999-го по 2007 год с нашей стороны шло накопление претензий к альянсу. Когда США решили создать военные базы в Румынии и Болгарии, конструкция ДОВСЕ рухнула окончательно. Вашингтонские доводы в том смысле, что эти базы сугубо американские, а не натовские - нам представляются шулерством без оглядки на любые статусы и инстанции: разве американцы не входят в НАТО?

Возникает вопрос: неужели на Западе не понимают наших озабоченностей? - Конечно, понимают. Но рассчитывают, во-первых, на антитеррористический флер: "все, что предпринимает альянс, направлено на борьбу с терроризмом". Во-вторых, американцы надеются преуспеть в привычном для себя "линкидже", то есть, увязывании разнородных политических обстоятельств.

Речь здесь идет о "бартерном обмене" обновленного ДОВСЕ на наши уступки по Косово, Ирану или размещению элементов американской НПРО в Восточной Европе. В дипломатической практике, особенно не публичной, вообще говоря, принят пакетный принцип рассмотрения взаимно адресуемых предложений. Но показательно, что Москва приостановила выполнение ДОВСЕ не по истечению срока моратория (с 13 июля по 12 декабря с.г.), а фактически накануне решения по Косову.

Самый ранний срок, когда Косово может получить фактическую независимость, - конец ноября. Таким образом, Россия пока позаботилась о чистоте, как минимум, косовского "жанра". Та же логика распространяется и на НПРО: при нынешнем раскладе связывать его с ДОВСЕ мы также сочли неоправданным.

Проблема в другом: сторона, отказавшаяся от выполнения соглашения и сторона, его нарушающая, находятся в разных "весовых категориях". И гонка вооружений нам, разумеется, менее "показана", чем натовцам, хотя далеко не все они - на одно лицо. Поэтому торг как способ урегулирования ситуации вокруг ДОВСЕ вряд ли исключен. Он может возобновиться при других условиях, наработка которых, по-видимому, продолжается.

© Борис Подопригора

© "Информационная цивилизация – XXI век"